Вадим Хамутцких: «Спасибо за памятник, но нам бы новый дворец»

В 1989-м стройбатовца Хамутцких перевели служить из Плисецка в Чернобыль. Сейчас на вопрос, не опасался ли он за свое здоровье, Вадим отвечает примерно так: после челябинской экологии чернобыльская радиация просто не котировалась.

Шутит действующий ветеран российского волейбола, как всегда, с непроницаемым лицом. Времени научиться сдерживать свои эмоции у участника и призера четырех Олимпиад было достаточно: в октябре он отметит 42-й день рождения. 35 лет из этих 42-х он занимается волейболом, и заканчивать пока не собирается.

Восемнадцать лет назад он приехал в Белгород, трижды отлучался ненадолго играть в Турцию, Новый Уренгой и Ярославль и нынешней осенью собирается четвертый раз ступить в ту же реку – сыграть за «команду молодости нашей» - белгородский «Локомотив-Белогорье».

- Вадим, в чем секрет волейбольного долгожительства? Не надоело возиться с мячом, да еще и с пацанами, многие из которых в сыновья годятся?

- В том-то и секрет, что не надоело, не пропало еще желание.

Об азарте и хобби

- Считаешь себя азартным человеком? Другие виды спорта интересуют?

- Конечно. Посмотреть хороший футбол, баскетбол – святое дело. Из футболистов приятелей не завел, а вот с баскетболистами часто пересекались на базе в Новогорске. До сих пор встречаемся, перезваниваемся с Пашутиным, Пановым.

- А как насчет азартных игр без мяча?

- Ну разве что преферанс…

- Говорят, что вы с Тетюхиным и Косаревым мечтаете съездить «на троих» в Астрахань на рыбалку.

- Говорят. А пока я съездил один, вернее, с другой кампанией. Маленького сома поймал – килограмм на десять. Надеюсь на большее в будущем.

О юморе и красных ушах

- Считается, что вратари в хоккее и футболе, связующие в волейболе – люди «не от мира сего» и часто отличаются экстравагантными способами досуга…

- Это не про меня. Досуг должен быть отдыхом, разгрузкой. Поэтому пересматриваю старые советские комедии, люблю КВН, «Камеди», юмористов разговорного жанра.

- При такой тяге к юмору наверняка и в команде участвуешь в организации приколов? Наверное, они жесткие, как у челябинца из «Нашей Раши»?

- Насчет образа челябинских парней юмористы перестарались. Скажу так: наши приколы особой тонкостью не отличаются. 1 апреля можем кому-нибудь сказать, что его машину угнали, а я лично специализируюсь на именинниках – на тех, кому меньше 30 лет. Они бывают очень рады, когда день рождения приходится на отпуск, и мне до них не добраться.

- Почему?

- Просто иначе будут ходить с красными ушами, согласно старинной школьной традиции.

О семье и мудрости

- Вадим, в интернете про тебя не только комплименты развешаны, да и в народе баек ходит немало. Как относишься к вмешательству в свою частную жизнь?

- Спокойно. Лишь бы не навязывали свою точку зрения, не перевирали и не «жарили сенсации». В таких случаях даю отпор.

- В какой форме?

- Игнорирую.

- Значит, в 42 ты стал мудрее, чем в 22 или 32?

- Если стал – то не мне об этом говорить, пусть другие люди скажут.

- Кто твои лучшие болельщики?

- Мама, жена и дочери. Приходят на игры всегда, когда могут, сильно за меня переживают, но дома советов или просьб «поберечь себя» не бывает. Наверное, не всем так повезло. Сейчас, правда, дочка Олеся в Москве осталась – учится в Российском гуманитарном институте – и играет там в волейбол.

- Амплуа, как у папы?

- Да, связующая. 18 лет, рост 180 – может, и получится.

О судьях и «порохе в пороховницах»

- Вадим, каким был самый неприятный момент в спортивной карьере?

- Наверное, 0:3 в олимпийском финале с сербами в 2000-м.

- А казанский полуфинал – 2011?

- Зачем старое ворошить…Вопросы по судейству бесполезно задавать игрокам и даже тренерам клубов. Говорят, в Польше пробуют ввести видеоповторы, как в теннисе. Техника – штука объективная, в отличие от федерации, судей и т.д.

Вадим Хамутцких: "Воспитанники белгородской волейбольной школы легко находят общий язык друг с другом".

- В прошлом сезоне никто не ожидал, что Хамутцких и Полтавский почти вытянут ярославскую молодежь в еврокубки. Что произошло?

- Ничего особенного. Ветераны доказывали, что еще годятся для большого дела, молодежь росла – и при этом никто на нас не давил, всех и так устраивал неожиданный взлет «Ярославича».

- А обратные примеры в карьере имеются?

- Не без того. В сборной нам люди из федерации частенько объясняли, что мы «должны» и «обязаны». Возможно, кто-то из молодых из-за «перекачки» и перегорал, мне это и не помогало, и не мешало. У каждого своя работа.

О молчунах и «заводных»

- А как насчет «лидеров в раздевалке»? Говорят, что в той же сборной Сербии братья Грбичи могли «поговорить» с халявщиком-партнером не только на словах. А у нас часто жалуются, что и в клубе, и в сборной слишком много «молчунов» и некому завести народ на площадке и не только…

- Насчет Грбичей слышал тоже, у нас до таких крайностей не доходит. Ну а насчет «заводных»…Не знаю, как сейчас в сборной, а в Белгороде такие люди имеются.

- Нет опасений, что после возвращения квартета белгородцев из сборной у вас не хватит времени сыграться?

- Для этого не нужно много времени: мы все игроки белгородской школы, и общий язык находим без проблем.

- Общий язык между «связками» Колодинским и Хамутцких – тоже не проблема?

- Не буду говорить банальных слов о пользе конкуренции. У нас с Игорем хорошие отношения, можно сказать, даже приятельские. Он теперь здорово прибавил, и меня это только радует.

О памятниках и дворцах

- Вадим, после окончания карьеры новая профессия будет связана с волейболом?

- Пока не загадываю, хотя вероятность большая. Иначе зачем бы я заканчивал спортфак БелГУ, получал тренерскую лицензию. Кстати, согласно ей, могу быть главным в высшей лиге и вторым в Суперлиге.

- Как относишься к своему памятнику возле ДС «Космос»? Не устаешь морально, когда годами видишь себя в металле, не тяготит «приваренный» к шее Тетюхин и вечно смотрящий на вас Шипулин?

- Я не очень мнительный, хотя в курсе, что многие полагают, что при жизни памятник – не лучшая примета. Так что отношусь к композиции совершенно спокойно. Манией величия тоже не страдаю, понимаю: это памятник не нам троим, а всему белгородскому волейболу.

А когда смотрю на Дворец спорта снаружи и внутри, то мысли совсем другие: лучшим памятником и подарком нам, нашим болельщикам и всем, кто делал белгородскую школу волейбола, стал бы новый Дворец. Обидно, что куда менее именитые клубы и вовсе «свежеиспеченные» команды получают новые, современные спортсооружения, а у нас все по-прежнему.

- Что же делать с такой несправедливостью по отношению к болельщикам и игрокам?

- Опять же вопрос не ко мне и не к игрокам. Мы-то знаем, что делать: играть так, чтобы радовать народ. А все остальное – приложится. По крайней мере, очень хочется в это верить.